Библиотека в кармане -русские авторы


                

Аболина Оксана - Опыт Полёта


Оксана Аболина
ОПЫТ ПОЛЕТА
Ты летаешь, а под тобой, на земле, любимые существа. Ходят,
разговаривают, пьют, спят, испражняются, пишут письма, читают, смотрят
телевизор. Они ругаются, мирятся, поют, звонят друг другу по телефону,
говорят ласковые слова, в ярости бьют посуду. Они делают все, что положено
делать людям. Только не замечают тебя. Никогда. Изредка, очень-очень редко,
даже говорить не стоит, но все-таки, случается, бывает -- они прислушиваются
к чему-то и видят смутный неясный образ: амурчик? ангелочек? облачко? Это
-ты. Но они этого не знают. И забывают. И вспоминают только тогда, когда ты
уже не летаешь, а плаваешь в темном теплом тумане и с тобой нежно
разговаривают чарез стенку живота. И хотя тебя пока еще никто не видит --
тебе очень хорошо. Тебе не нужно еще внимание других, тебя вполне устраивают
уют и мир в твоей будущей семье. Полеты прекращаются. На долгих девять
месяцев. И это -- бесконечность. Ты -- весь внимание. Ты жадно ловишь
информацию изнутри себя и из внешнего мира. Ты чувствуешь свой стремительный
рост -- словно ты вспухаешь, -- приток каких-то веществ, отчего у тебя
появляется сила, и можно уже сообщить о себе ударом пятки в упругую стенку
темного тумана: "Я есть". Ты жадно ловишь звуки снаружи -- глухие, громкие,
как тамтамы.
И вот -- ты рождаешься. Правда, это с их точки зрения. А в самом деле
-- ты засыпаешь. Боль, стресс, ослепление светом, холод так велики, что мозг
отказывается служить и закрывает все входы и выходы. Впоследствии у тебя
уходит вся жизнь на то, чтоб их раскрыть. Но ты не успеваешь, так как канал,
сообщающий, что ты только для этого-то и существуешь, тоже заперт, и только
в замочную скважину тянет сквозняком и ты до самой смерти маешься из-за
этого и ищешь смысл жизни, которого нет.
Но зато после рождения ты снова получаешь право полета. Правда, это уже
не легкое счастливое парение. Этот полет намного грубее. Тебя поднимают руки
отца и бросают вверх. Ты радуешься и смеешься. Потому что в самом апогее, в
точке между взлетом и падением, в тебе просыпается то ли амурчик, то ли
ангелочек, то ли облачко. Это миг блаженства, и он повторяется раз за разом,
пока отец не устает или ему не надоедает с тобой возиться.
Твое тело день ото дня тяжелеет. Первый его опыт. С каждым разом
подбрасывают все ниже, спасибо, если подбрасывают. Приходится компенсировать
чем-то.
Сидишь за столом. Все едят.
-- Тебе -- что, нужно особое приглашение?
-- Я летаю, -- говоришь ты, не выносясь из заоблачных далей.
Ремнем из тебя выбивают и это жалкое подобие полета. Ты больше уже не
зеваешь по сторонам во время еды. Ты вообще становишься деловитым человеком.
Ты -- взрослый, тебе двенадцать лет. Будет повод -- сам поиздеваешься над
"летающим" чудаком. А внутри себя тебе стыдно, что ночью во сне в тебе
просыпается радость и ты видишь голубое, до сладкой боли небо и
воспаряешь... Ты начинаешь курить, пить, жена ругается, что суп то ли
картофельный, то ли азотный, ты впитываешь в себя всю гадость и грязь мира.
И полеты во сне все чернее. Пропадает небо, и ты оказываешься в замкнутом
пространстве, верхом на соседской швабре. Просыпаешься -- тебе страшно,
противно, фу, какой кошмар. Голова болит, и через час вставать на работу...
Проходит время. Много времени. Очень много времени. Гладя внука по
голове, ты с грустью вспоминаешь детство и думаешь о том, что полжизни,
считай, не летал. И хочется, вроде, думаешь ты. С тобой случается
невероятное. Один только раз. Оглянувшись