Библиотека в кармане -русские авторы


                

Абрамов Александр - Новый Аладдин


sf Александр Иванович Абрамов Сергей Александрович Абрамов Новый Аладдин ru ru Ego http://ego2666.narod.ru ego1978@mail.ru FB Tools 2006-06-25 OCR & spellcheck by HarryFan, 4 October 2000 3AD20FD7-67B1-4735-9D86-75ED570DD948 1.0 v1.0 — создание fb2 Ego
Тень императора Детская литература Москва 1967 Александр Абрамов, Сергей Абрамов
Новый Аладдин
КОЛДОВСКАЯ РОЩА. БРАСЛЕТ-НЕВИДИМКА
Озеров оглянулся. Директор школы остановился на краю оврага, поросшего ядовито-зеленой осокой.
— Сворачивай, — сказал он. — Махнем через овраг, а там напрямик к поселку.
— А если рощей? — спросил Озеров, указывая на березовую рощицу, подсвеченную солнцем, как на пейзажах Куинджи.
Директор поморщился.
— Не люблю я ее. Орешник кругом разросся, зараза. По лицу ветки хлещут.
Озеров почему-то подумал, что дело не в орешнике.
— А мне нравится, — сказал он.
— Брось. Знаешь, как ее в поселке прозвали? Колдовская роща! Чепуха, конечно, суеверие.

А все-таки странные штучки творятся в этом орешнике. В апреле, например, когда еще почки не набухли и лес насквозь просвечивался, тут прямо на опушке синий куст вырос. Как синька — и ветки, и листики. Сам видел: мне Клава Мышкина из девятого «Б» веточку принесла.

Утром мы с ботаничкой туда побежали, да зря. Ночью заморозки ударили, и куст погиб. Да и погиб-то чудно: одна слизь осталась, синяя каша.

Я собрал немного в конверт и вместе с веткой в Тимирязевку послал. Там до сих пор ворожат — ни ответа, ни привета.
— Может быть, семена какие-нибудь ветер занес? Экзотические, — усомнился Озеров.
— Я тоже так объяснял, а люди не верят. Очень уж невероятно. Какие семена, откуда? Земля только оттаивать начала, а тут целый куст вымахал. Не по дням, а по часам, как в сказке.

А сейчас уже другие разговоры пошли. Будто по ночам какие-то огоньки светятся. Белые-белые, как при сварке. А какая в лесу сварка?

Милиция всю рощу насквозь прочесала — ничего не нашла.
Озеров еще более заинтересовался и, расставшись с директором, категорически отказавшимся ему сопутствовать, пошел напрямик к буйно разросшемуся орешнику. «Белые огоньки, — засмеялся он, — сварка! Кто-нибудь костер жег, варил, а не сваривал».
На следы этой «сварки» он и наткнулся, выйдя сквозь заросли орешника на солнечную полянку в белых бусинках ландышей. Трава посредине была примята, и в лучах позднего солнца вызывающе поблескивали полупустые жестянки и осколки недопитых бутылок. Развлекавшуюся ночью компанию, видимо, кто-то или что-то спугнуло.
И вдруг Озеров увидел нечто совсем диковинное: над бело-зеленой ландышевой полянкой прямо из воздуха показалась рука или что-то похожее на руку. В пальцах у нее — Озеров не был уверен, что это пальцы, — ярко сверкнул какой-то предмет, не то осколок зеркала, не то кусочек полированного металла. Сверкнул, взлетел, вычертив в воздухе двухметровую радужную параболу, и погас в траве.
Озеров побежал к тому месту, где закончился путь сверкнувшей дуги, разбросал ногой бутылочные осколки и увидел совсем прозрачный, будто хрустальный браслет. По форме он напоминал японские браслеты для гипертоников, но был сплошной, без звеньев и словно пустой внутри.

В нем как бы вспыхивало и затухало отраженное солнце. При этом он был почти невесомым и теплым, словно еще хранил человеческое тепло. Впрочем, почему человеческое?

Может быть, свое внутреннее, вызываемое какими-то его собственными физическими свойствами.
Озеров попробовал надеть его на руку; браслет легко растянулся и снова сжался, плотно обхватив запястье, но кожа даже не почувствовала прикосновения