Библиотека в кармане -русские авторы


                

Абрамов Александр Сергей Артём - Требуется Чудо


СЕРГЕЙ АБРАМОВ
ТРЕБУЕТСЯ ЧУДО
1
Цирк был пустым и гулким, как рояль, из которого вынули музыку.
- На сегодня — все, - сказал Александр Павлович, — закрыли контору.
- А люки проверил? — спросил инспектор манежа.
- У вас что, иллюзию давно не работали?
- Давно... — Инспектор повспоминал:
— Года два уже...
- Оно и видно. Мусора в люках как на свалке.
- Я скажу униформе.
- Не надо. Мои ребята сами уберут.
- Бережешь тайны, старый факир?
- А что ты думаешь?.. Не успеешь оглянуться — сопрут. Тайны у меня на вес золота.
- Особенно с люками... — усмехнулся инспектор. — Жгучая тайна. Ассистентку — в ящик, ящик — под купол — трах, бах! ящик на куски, ассистентка — в амфитеатре, живая-здоровая... Дураку ясно, что под манежем — люки.

Нам вон пионеры об этом письма пишут...
- Пусть пишут, на то их грамоте учат... А вообще-то, у меня с твоими люками — полтора трюка. Хочешь — выкину?
- Выкини, будь умным. У тебя и так все трюки — первый сорт, ты у нас великий волшебник... Кстати, поделись с товарищем по искусству: как это ты из аквариума песок разного цвета достаешь? И еще сухой...

Аквариум же прозрачный, все видно...
- Значит, не все... Секрет фирмы, товарищ по искусству. Выйду на пенсию — опишу в популярной брошюре.

Для пионеров. Чтоб тебя письмами не мучили... Ладно, отдыхай до завтра.
- Как же, отдохнешь... — вздохнул инспектор. — Через полчаса — репетиция у медведей...
- Ну это уж твои заботы. Гляди, чтоб не съели... — И Александр Павлович, взглянув на часы, поспешил на второй этаж, в личную гардеробную.

До шести — всего полтора часа, а надо было еще успеть заскочить домой, принять душ, переодеться, купить цветы — лучше всего розы, красные, шелковые, с тяжелыми каплями воды на лепестках, а в шесть его ждала Валерия — ровно в шесть, так условились: больше всего на свете Александр Павлович ценил в людях железную пунктуальность. Здесь, кстати, они с Валерией сходились... А в чем не сходились?
Если честно, ни в чем не сходились: это-то и было интересно Александру Павловичу в его новой знакомой. Впрочем, они пока не сравнивали свои мнения по разным поводам, не выясняли — кто прав, а кто нет, а потому и не ссорились ни разу за две — да, почти две уже, какой срок, однако! — недели знакомства, хотя Александру Павловичу и хотелось иной раз поспорить, пофехтовать.

Но к своим тридцати восьми годам он определенно решил, что всякое выяснение отношений, взглядов на мир или — тем паче! — жизненных принципов, всякие там споры по этим больным вопросам непременно ведут к размолвке. Все сие в равной степени относится как к мужчинам, так и к женщинам, и если с мужчинами Александр Павлович конфликтов тем не менее не избегал, не чурался их, особенно по работе, то с женщинами — дело другое.

Женщину не переубедить, всерьез считал Александр Павлович, женщину надо принимать такой, какова она есть, терпеть ее и внимательно изучать, искать слабые места, коли есть желание. А коли нет — так и иди мимо, спокойнее будет...
Что касается Валерии — желание имелось. Александр Павлович впервые, пожалуй, повстречался с таким ярким, говоря казенным слогом, представителем века эмансипации, чрезвычайно симпатичным представителем — нет спору, но вот к самой эмансипации, к процессу-этому пресловутому, Александр Павлович относился с предубеждением и ничуть не верил в «деловых женщин», утверждал — когда разговор о том заходил, — что «деловитость» их не что иное, как метод самозащиты, самоутверждения дурацкого, а за ним — обыкновенная женщина, со всеми Богом данными ей и