Библиотека в кармане -русские авторы


                

Абрамов Александр & Сергей - Четыре Цвета Памяти


Александр Абрамов, Сергей Абрамов
Четыре цвета памяти
БЕЛЫЙ
В конце июня во второй половине дня - точное время до десятых секунд
включительно вы найдете в июньских комплектах газет - все астрономические
станции Советского Союза зарегистрировали появление в земной атмосфере
небольшого космического тела - метеорита, прочертившего в своем падении
гигантскую светящуюся линию, особенно хорошо наблюдавшуюся на фоне низкой
облачности в центральном районе европейской части СССР. Падение метеорита,
весьма незначительного по своему объему, произошло в непосредственной
близости от Москвы, в шести километрах от Киевского шоссе, в дачном
поселке Марьясино, на территории одного из местных садовых участков. При
падении метеорита наблюдались интересные атмосферные явления, причины
которых пока еще не ясны. Самый метеорит, равно как и место его падения,
был обнаружен и обследован специальной комиссией Академии наук СССР.
Данные наблюдений в настоящее время тщательно изучаются.
Котов зябко поежился: на дворе июнь, а спиртовой столбик в термометре
еле-еле дотянулся к тринадцати.
Закутавшись в старенький дачный плащ, в котором он так и сидел на
веранде, он снова, в какой уже раз, оглядел шахматную доску с
расставленными на ней фигурами. Нелепая партия! Как мог человек, игравший
белыми, не начинающий, а опытнейший турнирный боец, довести ее до такой
катастрофы? Ведь иначе положение белых и назвать было нельзя. А они
все-таки на что-то надеялись. На что? На вечный шах? Котов еще раз
подсчитал варианты и развел руками: даже Петросян или Таль не спасли бы
партию белых. А все-таки что-то было в этой партии, какая-то загадка,
какой-то намек. Какой?
"Не по зубам орешек, товарищ следователь, - подумал вслух Котов и
машинально повертел в руках белую пешку. - Проигрывают белые. В любом
варианте. И нечего голову ломать: все ясно - и дело и партия". Он со
злостью швырнул пешку в коробку с шахматами и встал. А все-таки темнота.
Не мог Логунов проиграть Андрею, да еще так проиграть. Не мог!
Он решительно шагнул к лесенке, ведущей в сад, и обомлел. Беспросветно
серое небо вдруг рассекла надвое огненно-белая полоса - тоненький луч
прожектора, искривленный в воздухе неведомой прихотью оптики. А самый
воздух вдруг наполнился оглушительным, яростным свистом, мгновенно
сдавившим барабанные перепонки, и мимо остолбеневшего Котова пронесся
раскаленный сфероид - точь-в-точь шаровая молния величиною в бильярдный
шар. Пронесся и упал в клумбу возле сарая со всякой всячиной, разметав
добрую тонну земли. Котов невольно присел, ожидая взрыва. Но все было
тихо. А яркая полоса, расколовшая небо, расплывалась и таяла в облачном
свинце над пиками елок.
И в двадцати шагах от Котова там, где скрылся в земле раскаленный шар,
вздымалось и нарастало белое зарево.
"Пожар!" - мелькнула мысль.
Но то был совсем не пожар. Ничто не горело, нигде не прорывались желтые
языки пламени, не потрескивала высохшая древесина, не клубился дым.
Деревья не пожухли и не почернели, сарайчик стоял целехонький, только в
полуметре от него на месте развороченной клумбы с гвоздиками зиял
трехметровый кратер с земляным валом вокруг. А над кратером растекалось в
воздухе что-то прозрачно сверкающее, как подсвеченный изнутри фонтан. Чем
больше смотрел на него Котов, тем больше изменялся он у него на глазах. То
свертывался ослепляюще белыми лепестками, как кувшинка в ночном тумане, то
раздувался в воздухе огнедышащим шаром. Чаще всего шар сплющивался снизу,
образуя ров