Библиотека в кармане -русские авторы


                

Абрамов Александр & Сергей - Комната Для Гостей


Александр Абрамов, Сергей Абрамов
Комната для гостей
Во всех наших рассказах о встречах с
привидениями очень много общего, но это,
уж конечно, не наша вина, а вина самих
привидений...
Джером К.Джером
- Я бы не советовал вам ехать: дорога плохая да и машина у вас барахлит
- застрянете.
Стюарт Грейвс зябко повел плечами и подвинулся ближе к огню. За окном
темнело. Комната медленно тонула во мраке, едва освещаемая зыбким пламенем
камина.
- Пустяки, - отмахнулся я, - всего какая-нибудь сотня миль.
- По прямой, - уточнил Грейвс.
- Ну, сто двадцать, - согласился я. - Не уговаривайте, Стюарт, все
равно не останусь. Только вечер потеряем. Поедем лучше вместе.
- Спасибо за приглашение... - Грейвс поудобнее устроился в кресле. -
Лучше потерять вечер, чем рисковать ночью. Я уж как-нибудь обойдусь.
Глазго хороший город, а "Красный петух" отличная гостиница. Утром же
Гартман обязательно пришлет автобус. Он по-немецки точен, хоть и живет в
Шотландии. Так что, мистер Торопыга, завтра увидимся... если с вами,
конечно, ничего не случится по дороге.
- А что со мной может случиться?
Грейвс долго молчал, задумчиво попыхивая сигарой.
- Мало ли что, - уклончиво заметил он, - шотландская ночь полна
странных вещей.
Он так и сказал: "странных вещей". Типично по-английски, даже с
ударением. Но я не внял.
- Бред! На вас, Стюарт, коньяк плохо действует: вы склоняетесь к
мистике, а я марксист и в "странные вещи" не верю.
Но, уже сев за руль старенького "воксхолла", я понял, что поторопился.
Грейвс, наверное, был прав. Не в предсказании "странных вещей", а в своем
английском благоразумии. Ночь сразу же навалилась на меня безлунной
дождливой темью. Робингудовский черный лес казался непроницаемым. Фары
освещали грязные, засыпанные хворостом рытвины - точь-в-точь как на
знакомых российских проселках. Шотландская грунтовка в лесу оказалась не
лучше, и моя дряхлая "автостарушка" только поскрипывала, наезжая на
обнаженные корни дубов или вязов - я не различал их в темноте. В общем,
как говорится, не хвались отъездом, а хвались приездом. Но отступать было
поздно: позади ждал Грейвс, набитый дурацкими остротами.
Я давно мечтал проехаться по дорогам Шотландии: почему-то казалось, что
в шотландской "глубинке" все сохранилось, как в романах Вальтера Скотта, -
и скалистые горные склоны, и малахитовые луга, и овечьи стада с пастухами
в классических юбочках, и родовые замки в запущенных охотничьих парках.
Когда в Глазго открылся симпозиум физиков-"нулевиков", на котором я
присутствовал в качестве единственного советского делегата, меня все время
томило невысказанное желание удрать в "глубинку" к вальтер-скоттовской
старине.
И случай представился, когда профессор Гартман, круглолицый розовощекий
директор экспериментальной лаборатории по изучению дискретности
пространства, пригласил Грейвса и меня к себе в лабораторию и даже весьма
любезно пообещал прислать за нами автобус.
По каким-то неведомым мне причинам для изучения дискретности
пространства англичане не нашли лучшего места, чем старый Ардеонейг,
захудалый городишко в ста с лишним милях от Глазго, на берегу длинного,
похожего на интеграл озера Лох-Тей. Но это и была вальтерскоттовская
Шотландия, и потому я, пренебрегая благоразумными советами Грейвса, так
храбро ринулся по бездорожью в дождливую шотландскую ночь, полную
"странных вещей". Я уже слышал в лесу рог, возвещавший о начале рыцарского
турнира, и предвкушал встречу с самим Роб Роем, ожидавшим меня за кружкой
п